?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ДРК, провинция Касайи-Ориенталь,
Мбу́жи-Ма́йи, авеню Инга.
Год спустя.

Огромные, толстые, как сардельки пальцы ловко пересчитали 100-долларовые купюры, свернули их в трубочку, перетянули резинкой и убрали куда-то под абакост, покрывающий необъятные телеса месье Жана Матете Н’Зембы. Интересно, сколько он весит? Килограмм под двести точно, я думаю, а скорее всего, и больше. Я, дождавшись окончания процедуры, смахнул камни обратно в бумажный кулёк, бросил его в сейф и захлопнул дверцу.
- Приятно иметь с Вами дело, Жан.
- С Вами тоже, Ви́тали, с Вами тоже.
- Не хотите чего-нибудь выпить?
- Да, с удовольствием.
- Вода, кола, пиво?
- Пиво, пожалуйста.
Разгребя в холодильнике пакеты с водой, вытаскиваю две бутылки «Mützig». Здесь же варят, кстати, и для сваренного в самом геопроктологическом месте на глобусе бутылочного пива на удивление неплохо. Ещё здесь «Primus» и «Turbo King» делают, но я их редко беру – очень уж названия дурацкие.
Жан, в полном соответствии со здешними обычаями, лихо сорвал пробку зубами и выплюнул ей на пол. Я, как последний лох, открыл своё пиво о потёртый, обшарпанный стол. Оба делаем по большому глотку и расслабленно откидываемся назад. Честно сказать, обстановка в кабинете у меня такая, что открывание бутылок о мебель ничего особо не испортит. Видавший виды письменный стол, за которым сижу я, несколько таких же стульев и кресел, продавленный диван, покосившийся шкаф, облупившаяся краска на стенах, уже начавшая плесневеть по новой (чёрт, а ведь и пяти недель не прошло, как покрасили!). Дверь в туалет, явно помнящая ещё Первую Конголезскую войну. Протёртый линолеум на полу, как завершающий штрих. Из нового только сейф, холодильник и вентилятор. Ну, ещё ноут, но он не постоянно здесь, так что не считается. Впрочем, а перед кем выпендриваться? Тут у всех так, и это в лучшем случае.
- Как там забастовка в MIBA? Не договорились?
- Нет. Думаю, на следующей неделе у полиции закончится терпение, и она просто перестреляет зачинщиков.
MIBA, она же Societé minière de Bakwanga, это местное «наше всё». По идее, это горнодобывающая компания, но её значение этим далеко не исчерпывается. MIBA построила здесь абсолютно всё, кроме убогих хижин, в которых живёт большая часть местных. Для Кисайи-Ориенталь она примерно то же, что Севвостлаг для Колымы в 30-х. Собственно, сам Мбу́жи-Ма́йи был основан в 1914 году как лагерь горняков компании.
- Думаете, прямо так жёстко?
Толстяк, отхлебнув ещё пивка, беззаботно махнул рукой.
- Эх, Ви́тали, это разве жёстко? Им не платят зарплату всего-то пять месяцев, и они уже решили бастовать! В старые времена, при Мобу́ту Сесе́ Секо́, зарплаты по два-три года не платили. А тех, кто отказывался работать, закапывали живьём в отвалах. А сейчас…
Ещё один взмах рукой, теперь уже сокрушённый, и вновь глоток. Забавно, до чего он сейчас похож на мудаков в России, рассказывающих про «Зато вот при Сталине порядок был!». Впрочем, по костюму можно догадаться. Абакост здесь – это «некий месседж», как говорит Герыч. В основном носят люди определённых политических взглядов, что-то типа российских «православных имперцев-сталинистов». Короче, не нравится он мне, как вы уже поняли, наверное. Но бизнес прежде всего, а камни у него хорошие, так что «улыбаемся и машем», да.
- Да, Жан, порядок – важнейшая вещь! Если нет порядка, и каждый будет творить, что ему вздумается, страна ничего не добьётся…
- Совершенно верно, Ви́тали, совершенно верно! Вы, кстати, как смотрите на то, чтобы сходить завтра в Tropical? После работы? Есть одна тема для разговора. Я приглашаю!
- Мм… да, конечно. На шесть Вам удобно?
- Отлично!
Хм… Надо же. Приглашает он. То есть, даёт понять, что обычай «белый платит» в данном случае не работает. Что-то ему от меня надо, однозначно… Но что? Ладно, вот в ресторане и узнаю. К тому же, там отлично готовят, так что, pourquoi pas?
- Прекрасно, Жан, с удовольствием схожу. А то, в последнее время, как-то всё однообразно. Дом – работа – дом, спортзал иногда.
- Ну, вот и развеетесь, заодно. До завтра.
Месье Н’Земба без видимых усилий поднял свои два центнера живого веса из кресла, крепко пожал мне руку и величественно выплыл наружу. Чем-то он мне Джулию, секретаршу Робертсона, в такие моменты напоминает. Та тоже перемещается с грациозностью баржи.
Толстяк подошёл к массивной железной двери, открыл засов и вышел. В проёме вопросительно замаячил М’Вензе, один из двух моих охранников. Этот массой не сильно уступает Жану, а ростом так и вовсе превосходит, но жира не капли – сплошные мышцы. Идеальная фигура, хоть Атланта с него лепи. Глуповат, правда, ну да тут уж ничего не поделаешь – средний IQ в стране 69, а 70 – это граница умственной отсталости, если кто не в курсе. В Сьерре, кстати, 75, а в России – 96. Если не считать нацреспублики – 99.
- Месьє?
- Через пятнадцать минут выезжаем.
- Як накажете, месьє.
Поправил висящий на груди АКСУ, который в его лапище выглядит как пистолет, и закрыл дверь. Вообще, надо бы изнутри на засов запереться, преступность здесь не уступает ЮАР или Венесуэле какой-нибудь, но лень из-за стола вставать… Нет, надо. Правила есть правила.
Встав и подойдя к двери, закрываю засов. Теперь быстренько всё подбить, и можно ехать домой. На часах начало шестого, сегодня уже клиентов не будет. Открываю сейф, достаю рабочую тетрадь, вписываю сегодняшние приобретения. Неплохой день – девять камней, на 13600$. Из них четыре – у Н’Зембы. Это я здесь за них четырнадцать почти отдал, а вот по Раппапорту они стоят двадцатку, как минимум. Правда, их ещё нужно вывезти из страны, оформить документы и привезти в Антверпен. Итого, на сегодняшний день, у меня 132 камня, на которые я потратил 145250$. Неплохо. Камни здесь, в среднем, заметно мельче, чем в Сьерре, потому и средняя цена ниже. Ну, не только поэтому – покупателю, т.е. мне, надо ещё ухитриться благополучно доставить их в респектабельные Антверпен или Тель-Авив (ну, или в не столь респектабельный Мумбаи), что очень непросто. Мягко говоря, мдя.
Для понимания, почему непросто, приведу простой пример – мой сосед Пьер, чёрный, как головешка, уроженец Монреаля, растамаживал контейнер с каким-то там оборудованием для водоочистки два года. ДВА ГОДА, да. Всё это время контейнер стоял в порту Матади. Разумеется, когда Пьер, из канадской упёртости доведший-таки дело до конца, получил груз, оказалось, что он полностью разворован. И это не какой-то там экстраординарный случай, нет. У них здесь всё так работает.
Да, кстати – чтобы доставить даже растаможенный контейнер из Матади сюда, его сначала нужно по железной дороге довезти до Киншасы (а железка частенько не работает), оттуда на барже (которые тоже ходят от случая к случаю) по рекам до Илебо, из Илебо опять-таки по железке (вы помните, да?) до Мвене-Диту, и тут уже останется всего 130 километров на грузовике. Дорога на карте отмечена как «с твёрдым покрытием», но карте верить не надо. Займёт у вас это от месяца (в лучшем случае) до плюс бесконечности. В общем, как-то так, да.
Ладно, с делами закончил, можно ехать. Выхожу, запираю дверь на замок. Ночью авеню Инга патрулируется ментами, так что, если кто и будет ломать – они увидят. Правда, вломиться вполне могут сами менты, и тут уже ничего не поделаешь. Но камни и деньги я на ночь забираю с собой, так что, ничего непоправимого не случится. Затянутый в камуфляж М’Вензе уже стоит с бдительным видом у моего 80-го «ЛэндКрузера», держа руку на автомате. Кого он этим пугает, хрен его знает. Поль, второй охранник и водитель в одном лице, уже за рулём. Главная улица сколько-то-там-миллионного города застроена, в основном, средней паршивости одно-двухэтажными домами, кругом горы мусора и толпы негров, асфальт диссонирующе новый и гладкий. Машин вот на удивление мало – наверное, во всём Мбужи-Майи, который больше Фритауна раза в три, их вдвое меньше, чем в сьерра-леонской столице. Ну, это вообще черта Конго – машин тут мало, зато …ээ… людей, скажем так, очень много. На небе то солнце, то облака, но не дождевые вроде, хвала Аллаху. Хотя, тут это дело трёх секунд – вроде, только что солнце светило, а уже ливень такой, что в пяти метрах ничего не видно.
Мбужи-Майи вообще своеобразный город, даже по африканским меркам. Обычно, все большие города здесь были основаны ещё при проклятых колонизаторах, поэтому там есть исторический центр (запущенный и загаженный, понятно, но всё-таки), да и в целом ощущается некоторое разумное начало в планировке улиц и общественных мест. Собственно, Мбужи-Майи тоже бельгийцы основали, в год начала Первой мировой. Вот только основан он был не как город, а как шахтёрский лагерь. И, вплоть до получения Конго независимости, администрация MIBA прилагала все усилия, чтобы народа здесь жило поменьше. Для работы шахт и приисков вполне хватало десятка тысяч рабочих, а остальные рассматривались как лишние хлопоты и, ещё хуже, потенциальные «несуны» алмазов. Что немудрено, ибо город выстроен прямо на месте выхода алмазосодержащей породы на поверхность. Здесь до сих пор то и дело во дворах и канавах камни находят.
Так вот, к началу 1960-х в городе жило около пятидесяти тысяч …ээ… человек, в основном рабочие MIBA и их семьи. Увы, с приходом независимости и изгнанием десятков тысяч белых фермеров, управленцев и инженеров, хозяйство и инфраструктура огромной страны, по состоянию на 1960-й год второй в Чёрной Африке по экономическому развитию после ЮАР, скоропостижно скончались. Соответственно, освобождённым неграм стало нечего жрать, поскольку сами они, разумеется, поддерживать ни то, ни другое не способны. Кроме того, немедленно началась межплеменная резня, временами принимавшая совсем уж жуткие формы – только за время Второй конголезской войны (1998-2002) погибло около шести миллионов местных. Вся эта движуха, разумеется, породила многомиллионные потоки отчаявшихся людей, пытающихся вырваться из кровавого ада конголезской глубинки в большие города, где есть хоть какое-то подобие порядка, и даже иногда раздают гуманитарку. До глубинки гуманитарка не доходила как по причине разворовывания её в месте прибытия в страну, так и в силу логистических проблем. Ну, о них я уже говорил. Все, кто мог, понятно, бежали в Киншасу, её раздуло до одиннадцати миллионов, а если учитывать огромный пояс трущоб – до двадцати с лишним. Мбужи-Майи повезло больше в том плане, что сюда хрен доберёшься, поэтому беженцы были только из ближайших окрестностей. Ну, и наиболее энергичные со всей страны, и её соседей, привлечённые слухами об «алмазном городе». Как родители Бэ́ти и Мари́, например – они из племени мангбету, и добрались сюда аж откуда-то из-под Кисангани. Так что сейчас здесь, по разным оценкам, от двух до четырёх миллионов жителей. Точно никто не знает, потому как никто местных особо и не считает. Здесь вообще детям свидетельство о рождении выдают, только когда они в первый класс идут. Типа, в награду, за то, что дожили. А кто не идёт, по каким-то причинам, тем и не выдают.
Кто такие Бэти и Мари? Эм… Потом узнаете.
Чёрт, всё время отвлекаюсь. Чтобы понять, почему тут всё устроено, как оно устроено, нужно понять, что такое MIBA. Официально, это государственная компания – 80% акций принадлежит правительству ДРК, а ещё 20% – южноафриканской Mwana (которая, в свою очередь, принадлежит неизвестно кому). На практике, компания работает примерно как «Газпром» – в интересах менеджмента, прежде всего. Район Бакванга (это Мбужи-Майи с окрестностями) всегда был неким «государством в государстве», что при Мобуту, что при Кабиле-старшем, что сейчас, при Кабиле-младшем. В Киншасу платится некоторая сумма дани (по слухам – пять миллионов долларов в месяц), дабы центральная власть сюда не лезла, вот она и лезет. Поэтому что чекисты, что менты здесь – совсем не то, что они из себя представляют в остальной ДРК. Главные здесь – люди MIBA.
Разумеется, директорам компании все эти десятки и сотни тысяч беженцев были не нужны от слова совсем. Толку от них ни малейшего, а вот шума и хлопот – много. Тем не менее, «никому не подконтрольные отряды бандитов», расстреливающие беженцев из пулемётов, сдержать человеческий поток не смогли. Дома у этих беженцев были такие же (а то и похуже) банды, а вот надежды не было никакой. Так что пришлось их как-то размещать. Поскольку, повторюсь, всё решала MIBA, то и подход был выбран чисто деловой. В итоге получился огромная деревня с несколькими неплохими дорогами, в которой понятия «общественные пространства» и «что-то для души» отсутствуют в принципе. Ну, за исключением мест типа «Клуб MIBA», «Фитнес-центр MIBA» и т.д. Т.е. того, что нужно для отдыха управляющего состава компании. В остальном – ни парков, ни красивых зданий, ни спортивных сооружений, ни набережной… НИ-ЧЕ-ГО. Здесь даже делового центра с офисными зданиями нет, в отличие от того же Фритауна. MIBA он не нужен, у них свои офисы, а весь остальной бизнес здесь ливанско-индусского типа – лавки, едальни, даймонд-офисы и т.п.
Алмазный бизнес здесь тоже построен по своей модели. В остальном Конго в этом плане хаос и бардак, наподобие Сьерры, и большая часть левого экспорта идёт через места типа авеню Зека в Киншасе. В Бакванге же (которая, между прочим, добывает, по разным оценкам, от ⅓ до ⅗ всех конголезских алмазов) царит спокойствие и размеренность. Большая часть камней добывается MIBA, и с «дикими копателями» служба безопасности борется жёстко. Закопать живьём – это ещё далеко не худшее из того, что они делают. Но вот официально на экспорт идёт (по слухам, понятно) около четверти от добытого. Остальное же дербанится сотрудниками компании, пропорционально их служебному положению. Поэтому, кстати, рабочим тут по два года зарплаты и не платят. Вроде как, если ты идиот, и не можешь раз в полгода украсть камень, чтоб было что покушать, то и хрен с тобой – помирай с голоду. Сотрудники же эти реализуют камни через ребят типа меня, а ребята типа меня, чтобы нам давали работать, платят MIBAвским безопасникам. Так что те, получается, с одного барана две шкуры снимают.
Понятно, что большей части горожан от всего процесса перепадают, в лучшем случае, какие-то разовые крохи. Нет, какая-никакая «вторичная экономика» образовалась, понятное дело. Человек скотина такая, везде приспосабливается и организовывается. Но вот ночью на улицу за пределами Виль-Миба я тут не выйду ни за какие коврижки – банды малолеток не только однозначно ограбят и, с большой долей вероятности, жестоко убьют, но и сожрать вполне могут.
Вот такой вот чудесный городишко, ага. Что я тут делаю, вместо созерцания закатов в Кейпе с бокалом в руке? Эхе-хе-х… Работаю, что ж ещё. Деньги такая штука – если их не приумножать, то, сколько бы их ни было, быстро заканчиваются. Да и, честно говоря, скучновато оно как-то оказалось, целыми днями на горы и океан смотреть. Мойше Хариф подтвердит.


Напоминаю, что первую книгу можно приобрести так. Плюс есть на Литресе и Амазоне.

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
slava_zz
Nov. 2nd, 2016 03:14 pm (UTC)
Или все таки НЕ лезет ?
"дабы центральная власть сюда не лезла, вот она и лезет"
(Anonymous)
Nov. 5th, 2016 04:47 pm (UTC)
Я смотрю МММ и туда добрался
( 2 comments — Leave a comment )

Latest Month

June 2017
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Powered by LiveJournal.com
Designed by Emile Ong